Хроники завтра. Эвакуация
-Отец! Вставай скорее, отец!
Рэй колотил в дверь, пока замок в ней не щелкнул.
-Что? Война с русскими?
Ричард Натаниэл Смит, босой, встал на пороге своей спальни, раздраженно глядя на сына. За ним, сквозь оконные жалюзи, в темную комнату с неприбранной постелью просачивался бледный утренний свет.
-Тебе надо это видеть!
Сын попытался схватить Ричарда за руку и увлечь за собой. Но старик вырвал пижамный рукав из пальцев:
-Обязательно было будить??
-Инопланетяне! — крикнул сын.
Ричард скептически вздернул бровь.
-Где?
-В телевизоре! С президентом!
-Хорошо. Я найду очки и спущусь.
-Скорее!
Сын побежал вниз, перескакивая через ступеньки.?
Сорок три года уже, а ведет себя как мальчишка. Вон как по лестнице...
Ричард качнул головой.
Очки нашлись на тумбочке у кровати. Но сначала он сполоснул лицо, прошелся расческой по редким седым волосам, царапая кожу на черепе, снял пижаму и одел футболку и хлопчатобумажные штаны на резинке.
С очами предметы обрели непривычную резкость. Горизонтальные ленты жалюзи, пик второй подушки, корзина с грязным бельем.??
Фотография Бекки на полке.
-Инопланетяне, — поделился новостью с фотографией Ричард и, выходя из комнаты, прикрыл за собой дверь.
Телевизор гремел национальным гимном.
-И зачем так громко?
Сын, сидевший в кресле подавшись к экрану, только сморщился.
-Ты лучше смотри.
-Куда? — Ричард присел на диван, предварительно скинув на пол ворох рекламных буклетов.?
На телевизоре помаргивала заставка? Внимание! Экстренное сообщение!? и шел отсчет времени. До следующего включения оставалось двенадцать секунд.
Странно, подумал Ричард, только что не хотел отлить, а сейчас хочу. Вот же дурь! Это все инопланетяне…
Экран осветился.??
-Граждане Америки!
Передача велась из Белого Дома.?
Президент стоял за трибуной с гербом. Коричневое лицо его блестело от пота. Он скованно улыбался. Паучьи лапки выносных микрофонов тянулись к нему сверху.
-Это повтор, — сказал сын.
-Я понял, — поджал губы Ричард.? ?
-Граждане Америки! — повторил президент. — Это поистине великий день. На контакт с человеческой цивилизацией вышла цивилизация инопланетная. Я хочу представить вам Гхола Сангхола, уполномоченного передать нам сообщение чрезвычайной важности.
Экран на миг сделался молочно-белым от фотовспышек.??
Когда он протаял обратно, рядом с трибуной между? костюмами? президентской охраны обнаружился невысокий синий человечек.?
Не зеленый. Синий.
Ричард Натаниэл Смит непроизвольно произнес: Святое дерьмо.
-Я же тебе говорил, — сказал сын.?
Свет от телевизора и его лицо делал синим.
-Это не хренотень? — спросил Ричард, вглядываясь. — Не художественный фильм? В последнее время, знаешь, эти спецэффекты...
-Пап, ты, блин, слушай!
Синий человечек поднялся на трибуну.
Он был в чем-то вроде металлизированного серого плаща, расходящегося книзу и при движении собирающегося гофрированными складками.
Трибуна доходила инопланетянину до шеи или что там у него было. Камеры взяли крупный план. Прямо на Ричарда посмотрели большие, выпуклые, чуть ли не насекомьи глаза.?
-Земляне, мы прилетели спасти вас! — голос у гуманоида был тонок. — Через тридцать земных суток вашу планету постигнет ужасный катаклизм. Вы еще зовете его Концом Света. К сожалению, у нас нет никакой возможности предотвратить его. Но не отчаивайтесь! Мы принесли вам спасение!
Инопланетянин будто в молитве поднял вверх ладони с тонкими, чуть приплюснутыми на концах пальцами. Пальцев было по семь на каждой руке.??
-Какой катаклизм? — спросил сына Ричард.
-Не знаю… — отсутствующе ответил Рэй, постукивая кулаком по колену. — Какая-нибудь солнечная активность… Или тектоническая...?
-Уже завтра, — вещал гуманоид, — прилетят корабли, чтобы забрать всех, кто захочет спастись. Места всем хватит. Мы спасем всех.
За его спиной кивал, соглашаясь, президент.
-Важно только ваше желание. Вещей не надо. Немного одежды и еды. Корабли будут ждать.
Сходя с трибуны, человечек помахал рукой.?
-Вы все слышали, да? — приблизился к микрофонам президент. — Граждане Америки! Спасение рядом! Даже если Земля разрушится, она останется у нас в сердцах. В сердце каждого американца. Прекрасная, зеленая… Бог вам в помощь...
На экране снова заморгала заставка.
Рэй с пульта убавил звук гимна.?
-Да-а, — протянул Ричард. — Неужели — все?
-Да, пап, да! — сын вскочил, в волнении схватив себя за волосы. — Надо подготовиться, надо как-то… Все! — он выбежал в прихожую. — Я забираю Энни с Питером из летнего лагеря, и завтра мы все вместе...
-И куда?
-На корабль. На первый же корабль, что будет доступен.
Звякнули, выпав на пол, ключи. Рэй чертыхнулся, их подбирая. Вжикнула молния куртки. Стукнула входная дверь. Фигура сына прошла под окнами к гаражу.
-Надо же, синенькие человечки, — пробормотал Ричард.
Он подумал, что это все равно не повод, чтобы не посетить туалет. А потом? — никто не отменял и остальных вещей вроде завтрака, холодного пива с Эрлом Густафсоном в полдень, стрижки газона и заделки дыры в подвале. Как бы кому не казалось, что третье и четвертое — сущая блажь в перспективе скорого конца Земли.
Облегчившись, Ричард прошел в кухню и, порывшись в холодильнике, разжился бутербродами и холодной курицей-гриль.?
Скоро всего этого не будет, подумалось ему вдруг.
Он застыл между мойкой и столом, поворачиваясь на месте и словно впервые узнавая обстановку. Панель отошла, так и не прикрепили. Питер угол стола изрезал. Сковородка Бекки, тяжелая, будто гиря, но бог мой, как она с ней управлялась!?
Неужели всего этого…
Есть расхотелось. Налив стакан воды, Ричард поднялся к себе в спальню. Она вдруг показалась ему гробом. Подняв жалюзи и впустив свет, он долго смотрел на пустую улицу.
Дожил.
Рэй приехал под вечер.?
Внук выскочил из? шевроле? первым. Из окна спальни Ричард видел, как он, окрикнутый, уныло возвращается и помогает перетаскивать сумки и чемоданы в дом.
Хренова куча вещей.
Зачем это все? — подумалось Ричарду. Осталось тридцать дней. А тут колготки и шорты, и мазь для загара, топики и фен, кроссовки, формочки для печенья, тетрадь с рецептами, журналы мод, все, что недоедено в летнем лагере, нижнее белье, верхнее белье, сувенирные камни, игровые приставки, телефоны и, скорее всего, свежие покупки.
Для корабля что ли?
Повздыхав, он спустился вниз.
-О, дед, привет! — внук шлепнул своей ладонью в его ладонь. — Ты видел, да? Космические корабли! Я буду как капитан Спок! Нет, как Люк Скайуокер! Мне дадут маленький верткий истребитель!
-Вещи занеси наверх, — прервала его фантазии Энни. — Здравствуйте, Ричард.??
Она заколола волосы, затем занялась продуктами, рассовывая их по отделениям холодильника. Цуккини. Замороженные стейки. Арахисовое масло.
Рэй, появившийся последним, был в том возбужденном состоянии, которое позволяет перевернуть дом вверх дном.?
-Ну, что, — с порога объявил он, — завтра собираемся! Нет, сегодня! Я уже переговорил с Траубами и Махновски. Как только скажут про место посадки, выдвигаемся караваном.
-Ура!
Внук сунулся в холодильник за бутылкой коки.
-Питер, я же сказала: наверх! — Энни шлепнула его полотенцем пониже спины. — Все распакуй и сложи в шкафу.
-Ай!
Внук отскочил, скорчив гримасу.
-Иди давай, — сказал ему Ричард. — Не серди мать.
-А что на ужин???
-Курица-гриль. С брокколи, — ответила Энни.
-Бе.
Внук увернулся от повторного взмаха полотенца и, смеясь (? Не попала! Не попала!?), выбежал из кухни. Рэй пропустил его под рукой.
-Вот что, — задумчиво сказал он, глядя куда-то в пустоту, — надо каждому собрать сумку. Небольшую. Не думаю, что в кораблях холодно, не рефрижераторы же, но...
Он умолк, так и оставшись стоять.
-Как-то не верится, — обернулась к Ричарду Энни. — Конец Света через тридцать дней...
-По крайней мере, это объявленный Конец Света, — сказал Ричард.
-Да, — кивнула Энни, — можно приготовиться.
Она закрыла холодильник.
-Милая, на тебе продукты, хорошо? — ожил Рэй.
-Да, Рэй.
-А я… я составлю список...
Сын развернулся и пропал в коридоре.
Из гостиной вновь донеслось:
-Граждане Америки! Это поистине великий день!? ?
Чтобы не слышать этого, Ричард через кухонную дверь вышел на задний двор. Здесь он сел на скамейку, снял очки и закрыл глаза.
Что за сборы? — подумалось ему.
Так в путешествие отбывают, куда-нибудь в Египет или на Бали. На время, не навсегда. И Питер тоже… Истребитель ему...
За стеной чуть слышно позвякивала посудой Энни.?
Вокруг рассыпались, зарождались и умирали звуки. Шелестел вяз. Поскрипывала веревка качелей. Путался над головой в черепице ветер. Падали веточки и листья. За забором потявкивал соседский пес. Шуршали шины, перемешивались человеческие голоса.
Через тридцать дней…
-Дик, а Дик!
Ричард открыл глаза.? ?? ???
Через забор со своей стороны заглядывал Майк Тиммонс, грузный, небритый владелец дома справа по улице.?
-Да, Майк, — отозвался Ричард.
Тиммонс махнул рукой, мол, подойди же ты!
Ричард с трудом поднялся. Вблизи глаза у Майка подозрительно блестели. Как у кокаинщика.
-Слышь, я тут посчитал...
От него пахло бензином и дрянным виски. На щеке алела царапина.
-Всего народу в стране — триста миллионов. А в мире — семь миллиардов! Это же охереть сколько! — воскликнул он.
Ричард, не разделяя непонятного восторга, пожал плечами.
Тиммонс налег на забор.
-Ты пойми, Дик, тут одним корабликом не обойдешься. Тут нужен гребаный космический флот. Миллионы кораблей!
-И что?
-Есть у меня подозрение, — понизил голос Тиммонс, бегая глазами по сторонам, — что не все успеют. Ой не все! Даже если синенькие подсуетятся, надо попадать в первую очередь, так уж точно вернее.?
-Наверное, — сказал Ричард. — Спасибо, Майк.
-Ну, да… — Тиммонс улыбнулся.
-Мы уже собираемся, ты извини.
Ричард отступил к дому.
-Ну, счастливо вам! — Тиммонс махнул рукой. — Я-то уже… Только сигнал, я в путь!
Он, пошатываясь, побрел к своему крыльцу. Мясистый загривок, намечающийся островок лысины. Дорогущая, с искрой, рубашка.